Можно ли украсть деньги, не украв ключ?

Что разрешено подписывать

В принципе — нет. Однако считать, что именно так произошёл этот взлом, пока рано.

Приватный ключ нужен для создания подписи. Но в большой платёжной системе вокруг него работают программы, сотрудники, правила согласования и ограничения доступа. Кто-то должен определить получателя, сумму и допустимость операции ещё до того, как появится подпись.

Ключ может находиться в защищённом хранилище. Если же посторонний получает возможность отдавать команды системе подписания, ему не обязательно уносить сам секрет. В таком сценарии настоящий ключ продолжает выполнять свою работу — только подписывает то, чего законный владелец не собирался разрешать.

Именно это различие рассматривает Hacken: кража ключа и захват управления подписанием — разные способы получить внешне правильную операцию. По одной действительной подписи нельзя надёжно выбрать между этими объяснениями.

Для пользователя слово «подтверждено» обычно означает: человек увидел перевод и согласился. В криптографическом смысле подпись говорит о другом — операция подписана соответствующим ключом. Историю принятия решения она сама по себе не раскрывает.

Поэтому вопрос «хорошо ли спрятан ключ?» не исчерпывает проверку безопасности. Есть ещё вопрос: кто и при каких обстоятельствах способен заставить его работать?

Почему одного ноутбука недостаточно для объяснения

TRM Labs обратила внимание на переводы из кошельков в разных блокчейнах. Они используют разные правила и схемы подписи, но в ходе атаки выдавали действительные подписи для отправки средств злоумышленнику. Исследователи считают наиболее вероятной компрометацию инфраструктуры подписания Binance. Это их оценка наблюдаемой картины, а не опубликованная схема внутреннего устройства биржи.

Здесь появляется почва для авторской версии: возможно, проблема находилась на уровне управления полномочиями, от которого зависели разные кошельки. Тогда различия между блокчейнами не могли защитить от общей слабости вокруг них.

Но слово «возможно» здесь необходимо. Мы не знаем, был ли общий сервис, несколько связанных точек доступа или иная цепочка событий. Нельзя дорисовать один сервер только потому, что такое объяснение удобно помещается в заголовок.

Так же осторожно стоит относиться к истории о сотруднике. Скомпрометированное устройство может быть частью пути проникновения. Само по себе оно ничего не доказывает о намерениях человека, который им пользовался.

Какие ответы действительно нужны

Binance обещает опубликовать подробный отчёт после завершения расследования. В проверенном обновлении от 1 ноября это всё ещё предстоящее действие.

Хотелось бы увидеть в этом отчёте больше, чем название первой заражённой машины. Как запрос на перевод доходил до подписания? Какие проверки должны были остановить необычные операции? Были ли эти проверки независимыми или доверяли одним и тем же исходным данным?

Это вопросы, а не перечень уже доказанных нарушений.

Фраза «ключи не утекли» важна для расследования. Однако даже если она подтвердится окончательно, останется другая задача: объяснить, почему защищённые ключи позволили отправить деньги постороннему.